Состоялось первое заседание Банкротного клуба - Исследовательский центр частного права им. С.С.Алексеева при Президенте РФ

10 октября состоялось первое заседание Банкротного клуба — совместного проекта Исследовательского центра частного права со Школой права «Статут».

Напомним, Банкротный клуб — это регулярные круглые столы для обсуждения актуальных юридических вопросов банкротства, в том числе, тенденций и самых ярких кейсов судебной практики всех уровней (от первых инстанций до Верховного суда), проектов нормативных актов и научных публикаций на тему банкротства.

Руководитель и модератор круглого стола — Олег Романович Зайцев, м.ч.п., к.ю.н., консультант ИЦЧП.

%d0%b7%d0%b0%d0%b9%d1%86%d0%b5%d0%b2На первом заседании Банкротного клуба участники обсудили четыре кейса из судебной практики — о возможности банкротства иностранных граждан в России (определение АС Ямало-Ненецкого АО от 30.06.16 по делу № А81-6187/2015 и постановление АС Московского округа от 08.07.16 по делу № А40-186978/15-44-335Б), о признании застройщиком лица, не заключавшего напрямую договоры с дольщиками (определение СКЭС ВС РФ от 22.08.16 № 304-ЭС16-4218), а также о последствиях недействительности при банкротстве торгов, прошедших в ходе исполнительного производства (определение СКЭС ВС РФ по делу от 28.07.16 № 305-ЭС15-1943).

В частности, о последнем из этих кейсов рассказывал Андрей Владимирович Егоров, к.ю.н., первый заместитель председателя Совета ИЦЧП, главный редактор журнала «Арбитражная практика для юристов». Он прокомментировал определение СКЭС ВС РФ по делу от 28.07.16 № 305-ЭС15-1943.

В этом деле конкурсный управляющий просил признать недействительными торги по реализации земельных участков, принадлежащих предпринимателю-банкроту. Основанием для оспаривания послужило то, что торги были организованы в рамках исполнительного производства по решению суда, принятому еще до возбуждения дела о банкротстве, однако само исполнительное производство возбуждено, а торги проведены уже после введения в отношении предпринимателя процедуры наблюдения. Одним из покупателей земельных участков на торгах стал сам взыскатель. В результате, будучи кредитором предпринимателя, этот взыскатель по исполнительному производству (он же и приобретатель участка) получил преимущество перед другими кредиторами. Дело осложнялось тем, что предприниматель и его арбитражный управляющий ранее (до оспаривания торгов в арбитражном суде) обращались в суд общей юрисдикции, пытаясь этим торгам воспрепятствовать. Они просили признать недействительным постановления судебного пристава-исполнителя о передаче арестованных земельных участков на торги и обязать пристава исполнительное производство приостановить. Однако суд общей юрисдикции неожиданно пришел к выводу о том, что нормы закона об исполнительном производстве имеют приоритет перед нормами закона о банкротстве. Суд отказал предпринимателю и его управляющему, тем самым подтвердив законность торгов.

%d0%be%d0%b1%d1%89%d0%b0%d1%8f-%d1%84%d0%be%d1%82%d0%beНа этом основании Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного суда указала, что у арбитражных судов в рамках дела о банкротстве не имелось достаточных оснований для признания торгов недействительными по мотиву их проведения в период, когда к должнику применялась процедура наблюдения. Признав торги недействительными, арбитражный суд преодолел обязательную силу решения суда общей юрисдикции, что недопустимо. Наличие такого решения суда общей юрисдикции позволяло участникам торгов иметь разумные ожидания относительно того, что земельные участки переданы на торги правомерно.

Кроме того, Коллегия обратила внимание и на другие обстоятельства и «намекнула», что в настоящем деле не исключалась возможность оспаривания торгов по иным основаниям. Земельные участки выставлялись на торги как свободные, хотя в действительности на них располагались незавершенные строительством объекты. Кроме того, нижестоящие суды, признавая торги недействительными, неправильно применили реституцию. Они обязали организатора торгов вернуть деньги покупателям (в числе которых был и кредитор-взыскатель), а покупателей — вернуть земельные участки предпринимателю-должнику. Аспекту применения последствий недействительности в определении уделено довольно много внимания.

Комментируя это постановление, Андрей Егоров попросил слушателей учитывать, что в данном споре было сразу несколько «сюжетных линий»: во-первых, наличие решения суда общей юрисдикции, подтвердившего законность торгов, во-вторых, то, что конкурсный управляющий оспаривал сами торги вместо того, чтобы оспорить платеж в пользу конкретного кредитора, и, в-третьих, вопросы правильного применения реституции. Но, по мнению спикера, значение этого определения не стоит переоценивать, рассматривая его как выражение подхода Коллегии Верховного суда к тому, кто, кому и что должен возвращать по итогам оспаривания торгов. Главная идея определения Коллеги заключается лишь в том, что в подобных обстоятельствах не было оснований оспаривать сами торги.
«Коллегия дала понять — учитесь правильно оспаривать то, что нужно. И я могу согласиться, что в этом есть логика», — пояснил Андрей Егоров.

ОПОВЕСТИТЬ
 
ЛИЧНЫЙ КАБИНЕТ
ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР ЧАСТНОГО ПРАВА ИМЕНИ С.С. АЛЕКСЕЕВА ПРИ ПРЕЗИДЕНТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Попытка входа...
Инструкция по регистрации

Забыли пароль?